Железобетонное решение — Украина и Латвия отгораживаются от России, Венгрия — от Хорватии, Тунис — от Ливии

Латвия должна поскорее построить стену на границе с Россией, чтобы спастись от беженцев, которые хотят ее захватить. Это заявление премьера Кучинскиса в Москве вызвало по крайней мере удивление. Что за беженцы, кого захватить — непонятно.

Конечно, такие выступления подтверждают правоту тех, кто говорит, что НАТО придумывает новые угрозы, чтобы оправдать свое существование. Но всему есть предел, особенно после заявления латвийских властей о том, что они за ущерб, нанесенный в годы, как там выражаются, советской оккупации, требуют 300 миллиардов евро. Ущерб нанесен, в том числе, и окружающей среде, и демографии — строительством в советское время. Не надо быть экспертом по Латвии, чтобы вспомнить — да, строили. Верфи, заводы, жилье — много чего строили.

Стена, конечно, не первая, но, увы, и не последняя. За один лишь год заборами отгородиться от соседей решили самые разные страны — по самым разным поводам. И это процесс — обратный объединению, которое только недавно шло на всех континентах.

Первые плоды от построенного в прошлом году забора. Это сербско-венгерская граница. Местные фермеры подводят итог: беженцев нет, урожая тоже не будет.

«Теперь много диких животных, потому что колючей проволокой закрыто со стороны автобана, а с другой — в зоне государственной границы. Олени и зайцы едят листья и наносят большой вред растениям и виноградникам. Почти все съели, так, что винограда нет», — рассказывает Маргит Балинт.

«Животные ранятся. И хуже всего тем, которых мы не находим. Они умирают в муках где-то в лесу и их находят через месяц-два», — говорит Дэвид Летербенц.

А это уже словенско-хорватская граница. То, что строили, защищаясь от наплыва мигрантов, нарушило совсем другую миграцию. На тропах диких животных, которые беспрепятственно пересекали эту выдуманную людьми границу столетиями, колючая проволока, словно ловушка.

«Поток мигрантов прошел в 100 км отсюда, а нам тут все равно заборов понаставили», — сказал владелец туристической базы Мартин Линдик.

У Мартина здесь свой бизнес — база для туристов. Раньше сюда часто приезжали, но теперь забор многих отпугивает. Он разделил не только Словению и Хорватию, но и их жизнь на до и после.

«Я вот думаю, что все можно было сделать по-другому, а так неправильно. В этой местности никогда так не огораживали, не разделяли словенцев и хорватов», — говорит Станко Николич.

Суетливая река Колпа теперь словно зеркало всей Европы — с колючей проволокой повсюду. Идею возведения заборов на границах сперва высмеивали, потом ругали, теперь она набирает популярность. Заборов в Европе уже возвели на сумму свыше 175 миллионов евро.

С началом так называемого миграционного кризиса в Европе на границах между странами выросли заборы на сотни километров. И это, судя по всему, только начало. К примеру, на болгарско-турецкой границе решили продлить забор — с 30 километров сегодняшних до 130. Продолжают строительство и в Венгрии.

То, что раньше казалось невообразимым, становится популярным. Считается надежной защитой от наплыва мигрантов. Правда, несмотря на все эти заборы, беженцы все равно попадают в Европу, словно проходят сквозь стены.

Для тех, кто, стремясь в Европу, на старых внедорожниках преодолевает пустыню Сахару, на надувных лодках — Средиземное море, в конечном итоге сетка-рабица и колючая проволока не преграда вовсе. Тем более что многим возвращаться просто некуда. Нет их домов, городов, и даже стран. Такими как прежде они уже не будут.

«Человечество всегда испытывало потребность в защите, устанавливать дистанцию, создавать барьер. Считалось, что по одну сторону барьера находятся плохие люди, по другую сторону — хорошие. Надо понимать, что мы разные, что в европейской истории всегда происходили расколы. Искать убежища за любого рода барьером — один из возможных способов почувствовать себя в безопасности», — говорит психолог Кристоф Баго.

Почувствовать в безопасности. Конечно, это вовсе не означает быть в безопасности. Строительство заборов для европейских политиков как ключ к избирателям. В условиях, когда популярность набирают правые, единственное, чем можно успокоить и привлечь, — безопасность. Или хотя бы видимость.

В этих условиях все чаще произносятся слова, которые точно отражают современную действительность. Оттуда, из Средневековья, заборы, стража, крепость… Неспроста в докладе под названием «Страх и заборы» правозащитной организации «Эмнести Интернэшнл» Турция и Марокко называются не иначе, как «стражниками Европы». Забор — как символ страха и неуверенности.

«Это Дуа и Шахад, я их сфотографировал в Иордании. Следующая моя выставка будет посвящена сирийской войне, о пострадавших сирийцах», — говорит фотограф Кай Виденхофер.

«Стенка на стенку» — название будущей выставки точно отражает суть миграционного кризиса. Здесь, кажется, все символично. На сохранившейся части Берлинской стены, некогда разделявшей целую нацию, — фотографии тех, от кого сегодняшняя Европа возводит новые стены. Будущая выставка как продолжение предыдущей.

Немецкий фотограф Кай Виденхофер семь лет путешествовал по миру, снимал заборы, разделяющие страны. В его коллекции и США с их американо-мексиканским барьером — более трех тысяч километров; заборы в Израиле, Северной Ирландии, Испании — отделяющей ее от Марокко; заборы, разделяющие Северную и Южную Кореи. Все они были построены в разные годы, по разным причинам.

Но сегодня — настоящий строительный бум, чего не было прежде. И впору снова собираться в дорогу, на фотоохоту. Очередные стены растут по соседству. Увидев десятки стен на границах, тысячи километров колючей проволоки и жизнь подзаборную, художник убежден — это не выход. Ведь в случае с заборами строить вовсе не означает созидать, скорее наоборот.

«Стена как последний аргумент в конфликтной ситуации, не важно — экономический или религиозной. Я строю стену, огораживаюсь, но это не решает проблему. В Сирии это не помогает закончить войну — причину бегства. Или как на американо-мексиканской границе — экономическое неравенство, одни богаче других. Заборы ничего не меняют», — убежден Кай Виденхофер.

Но именно забор и закрепляет неравенство, словно подводит черту. И эта черта будет длиннее и со временем все более отчетливой. В первую очередь в сознании людей.

«Есть две концепции Европы. Одна Европа — свободная, открытая, Европа, которая дружелюбно должна относиться ко всем, где действительно высшая мораль, где правовая система функционирует, где процветающая экономика, где демократическая политическая система. Этой Европе пришел конец. 2015 год войдет в европейскую историю, как черная дата, когда начались опять восстановления заборов вокруг ЕС», — говорит политолог Александр Рар.

В таком европейском выборе как нельзя кстати прибалтийские страны — Эстония, Латвия. Возводят заборы на границе с Россией. В Риге заговорили о том, чтобы отгородиться еще и от Белоруссии — дескать, защищаясь от беженцев.

Ну и, конечно же, Украина. Уж она-то в этом вопросе готова быть впереди Европы всей. Со своими заборами, противотанковыми рвами, ежами. Доводы, как и положено, — самые забористые, от которых дух захватывает: «Строим, чтобы защитить от агрессивной России себя и всю Европу». Название тоже подходящее. Украинские политики и СМИ вбивают в головы, как сваи в землю: европейский вал. Словно знак качества, еще в начале строительства надежность этой защиты на одном из участков лично проверял тогда еще премьер-министр Украины Арсений Яценюк.

«С точки зрения укрепления обороноспособности — это абсолютная чепуха. Естественно, все это похоже на очередную профанацию с целью освоения бюджетных средств», — сказал военный эксперт Дмитрий Козлов.

В одних странах строятся немного, но напоказ, в других — кажется, всерьез и надолго. На их возведение и обслуживание инженерных сооружений на границах работает целая индустрия. Бизнес на страхе, ничего личного.

Но стремление отгородиться в первую очередь это значит узаконить различия: явные или, напротив, которых прежде никто и не замечал. Заборы на земле, словно семена, прорастают уже в сознании и как раз таки их сломать гораздо сложнее. На то, чтобы снести стены, уйдут недели, может быть, месяцы, как это было с Берлинской стеной. Но для того, чтобы разрушить заборы в голове, могут понадобиться десятилетия.

Источник: www.1tv.ru